Ниже привожу понравившиеся и повлиявшие на меня цитаты из книги "Шопенгауэр как лекарство". Что касается самой книги... Книга неплохая. Хотя, как мне кажется, половину болтовни оттуда можно смело выкинуть.
Итак:
Ни идеи, ни взгляды, ни приема не имеют никакого значения. Никто не заикнется про идеи - все скажут только про отношение.
Счастлив тот, кто может совершенно обходиться без соплеменников.
Как говорит шопенгауэр, всегда приятно осознавать, что кто-то страдает больше тебя.
Никто так не ценит жизнь, как тот, кто готов в любую минуту с ней расстаться.
Если два друга юности после разлуки всей жизни снова встречаются стариками, то преобладающим чувством, которое возникает в них при виде друг друга и при воспоминании о юности, является полнейшее disappointment всей жизни.
Наслаждаться настоящим о обратить это в цель своей жизни - величайшая мудрость, так как оно одно реально, все же остальное - только игра воображения. Но с одинаковым успехом можно было бы назвать это и величайшей глупостью; ибо то, чего уже больше нет в следующее мгновение, что исчезает подобно сну, недостойно серьезного стремления.
Величайшие среди людей, чье величие исходит из них самих, а не от чего-то дарованного извне.
Чем больше у человека привязанностей, тем обременительнее у него жизнь.
Большинство людей, оглянувшись под конец жизни назад, найдут, что они всю жизнь жили ad interim, и будут удивлены, увидя, что то, что они пропустили без всякого внимания и употребления и было их жизнью, было именно тем в ожидании чего они жили.и таким образом все житейское поприще человека обычно сводится к тому, что, одураченный надеждой, он в какой-то пляске спешит в объятия смерти.
Человек высоких талантов и редких умственных способностей, который вынужден заниматься низкой работой, подобен изящной, мастерски рас писанной вазе, которую используют как обыкновенный кухонный горшок.
Никто не может побеспокоить другого - только мы сами лишаем себя спокойствия.
Низкорослый, укоплечий, широкобедренный пол мог назвать прекрасным только отуманенный половым побуждением рассудок мужчины.
О четверояком корне закона достаточного основания.
Счастье обеих находится в умах и головах других людей. И для обеих есть только один выход: чем больше человек имеет внутри себя, тем меньше он ждет от остальных.
Платон как-то заметил, что любовь не в том, кого любят, а в том, кто любит.
Чужое мнение обо мне не может, не должно, менять мое мнение о самом себе.
Не по-человечески я чувствовал себя, когда позволял своему мнению скакать как мячик, в зависимости от того, что скажут про меня другие.
Половая любовь оказывает вредное влияние на самые важные дела и события , ежечасно прерывает самые серьезные занятия, иногда ненадолго смущает самые великие умы. Ежедневно поощряет на самые рискованные и дурные дела, разрушает самые дорогие и близкие отношения, разрывает самые прочные узы... Отнимает совесть у честного, делает предателем верного.
Для женщины в краткий период ее расцвета ограничивать себя одним мужчиной противноестественно.
Знание ограничено, безгранична только глупость.
Доставалось от него и докторам. Однажды он заметил, что доктора имеют 2 почерка: один, крайне неразборчивый, для рецептов и другой, четкий и ясный; для счетов.
На не относительное счастье протекает из трех источников: из того, что человек есть, что он имеет и что он представляет в глазах других. Шопенгауэр советует сосредотачиваться только на первом. Потому, что остальными двумя мы ее в силах распоряжаться. И оно может однажды быть у нас отнято.
То, что мы имеем часто начинает иметь нас.
Известно, что тот, в ком живет гений, острее испытывает страдание и тревогу.
Невозможно не быть счастливейшим тому, кто всецело зависит от себя и все полагает в себе.
Когда порой я чувствовал себя несчастным, это случалось потому, что я принимал себя за кого-то другого, а не за того, кто я есть на самом деле и оплакивал горе и несчастье другого человека.
Помни, если ты будешь настойчив, те же люди, что когда-то смеялись над тобой, станут впоследствии восхищаться тобой... Помни, что если ради того, чтобы доставить удовольствие кому-то ты увлечешься внешним, это верный признак того, что ты изменил заданному пути.
Шопенгауэр был убежден, что человек обладающий внутренней силой и внутренним достоинством, не нуждается в участии других - такой человек достоин того, чтобы становится самодостаточным целиком и целиком зависит от себя.
В жизни превосходство может быть приобретено лишь тем, что человек ни в каком отношении не будет нуждаться в др. И открыто станет это показывать.
Чем меньше уважаешь других, чем больше они уважают тебя.
Если среди нас есть человек действительно выдающихся достоинств, то не полагается говорить ему об этом словно это какое-то преступление.
Немного вежливости и дружелюбия способны сделать людей уступчивыми и услужливыми. Таким образом, вежливость для человека то же, что для воска тепло.
Мало столь верных способов привести людей в хорошее настроение, как если мы расскажем им о каком-нибудь недавно постигшем нас несчастье горе или так же если мы откровенно обнаружим перед ними какую-нибудь личную слабость.
Человек скорее создает реальность, чем ее ощущает.
Кант
Мы не можем видеть ничего кроме нашей собственной версии того, что происходит "вовне". Мы никоим образом не можем знать, что на самом деле находится там, то есть постичь сущность, лежащую за пределами наших ощущений.
Кант
От своего собственного тела мы получаем знания, которые мы не можем определить в понятиях и передавать другим, потому что оплавляемая части нашей внутренней жизни нам неизвестна. Она вытеснена из сознания и не допускается в него, потому что знания нашей глубинной природы (ненависть, страх, зависть, сексуальные желания, агрессия, корысть) причинило бы нам больше страданий, чем мы могли бы вынести.
Как же мы понимаем эти бессознательные силы?
Как можем передать их другим? Хотя они не могут быть осмысленны, мы можем из ощущать, передавать напрямую без слов, через искусство. Вот почему Шопенгауэр более других уделял внимание искусству - особенно музыке.
Если бы человеческий под переселить в ту благодатную страну, где в кисельных берегах текут медовые и молочные реки и где всякий тот час же, как пожелает, встретит свою суженую и без труда ею овладеет, то люди частью померли бы со скуки или перевешались бы, частью воевали бы друг с другом и резали и душили бы друг друга и причиняли бы гораздо больше страданий, чем теперь возлагает на них природа. Почему скука видится нам такой мучительной. Потому что, в состоянии скуки ничто не отвлекает нас от страшной непрекрытой правды жизни - от осознания собственного ничтожества, бессмысленности существования. Неумолимого приближения старости, а за ней смерти.
Что есть жизнь - желание, удовлетворение, скука, снова желание.
Итак:
Ни идеи, ни взгляды, ни приема не имеют никакого значения. Никто не заикнется про идеи - все скажут только про отношение.
Счастлив тот, кто может совершенно обходиться без соплеменников.
Как говорит шопенгауэр, всегда приятно осознавать, что кто-то страдает больше тебя.
Никто так не ценит жизнь, как тот, кто готов в любую минуту с ней расстаться.
Если два друга юности после разлуки всей жизни снова встречаются стариками, то преобладающим чувством, которое возникает в них при виде друг друга и при воспоминании о юности, является полнейшее disappointment всей жизни.
Наслаждаться настоящим о обратить это в цель своей жизни - величайшая мудрость, так как оно одно реально, все же остальное - только игра воображения. Но с одинаковым успехом можно было бы назвать это и величайшей глупостью; ибо то, чего уже больше нет в следующее мгновение, что исчезает подобно сну, недостойно серьезного стремления.
Величайшие среди людей, чье величие исходит из них самих, а не от чего-то дарованного извне.
Чем больше у человека привязанностей, тем обременительнее у него жизнь.
Большинство людей, оглянувшись под конец жизни назад, найдут, что они всю жизнь жили ad interim, и будут удивлены, увидя, что то, что они пропустили без всякого внимания и употребления и было их жизнью, было именно тем в ожидании чего они жили.и таким образом все житейское поприще человека обычно сводится к тому, что, одураченный надеждой, он в какой-то пляске спешит в объятия смерти.
Человек высоких талантов и редких умственных способностей, который вынужден заниматься низкой работой, подобен изящной, мастерски рас писанной вазе, которую используют как обыкновенный кухонный горшок.
Никто не может побеспокоить другого - только мы сами лишаем себя спокойствия.
Низкорослый, укоплечий, широкобедренный пол мог назвать прекрасным только отуманенный половым побуждением рассудок мужчины.
О четверояком корне закона достаточного основания.
Счастье обеих находится в умах и головах других людей. И для обеих есть только один выход: чем больше человек имеет внутри себя, тем меньше он ждет от остальных.
Платон как-то заметил, что любовь не в том, кого любят, а в том, кто любит.
Чужое мнение обо мне не может, не должно, менять мое мнение о самом себе.
Не по-человечески я чувствовал себя, когда позволял своему мнению скакать как мячик, в зависимости от того, что скажут про меня другие.
Половая любовь оказывает вредное влияние на самые важные дела и события , ежечасно прерывает самые серьезные занятия, иногда ненадолго смущает самые великие умы. Ежедневно поощряет на самые рискованные и дурные дела, разрушает самые дорогие и близкие отношения, разрывает самые прочные узы... Отнимает совесть у честного, делает предателем верного.
Для женщины в краткий период ее расцвета ограничивать себя одним мужчиной противноестественно.
Знание ограничено, безгранична только глупость.
Доставалось от него и докторам. Однажды он заметил, что доктора имеют 2 почерка: один, крайне неразборчивый, для рецептов и другой, четкий и ясный; для счетов.
На не относительное счастье протекает из трех источников: из того, что человек есть, что он имеет и что он представляет в глазах других. Шопенгауэр советует сосредотачиваться только на первом. Потому, что остальными двумя мы ее в силах распоряжаться. И оно может однажды быть у нас отнято.
То, что мы имеем часто начинает иметь нас.
Известно, что тот, в ком живет гений, острее испытывает страдание и тревогу.
Невозможно не быть счастливейшим тому, кто всецело зависит от себя и все полагает в себе.
Когда порой я чувствовал себя несчастным, это случалось потому, что я принимал себя за кого-то другого, а не за того, кто я есть на самом деле и оплакивал горе и несчастье другого человека.
Помни, если ты будешь настойчив, те же люди, что когда-то смеялись над тобой, станут впоследствии восхищаться тобой... Помни, что если ради того, чтобы доставить удовольствие кому-то ты увлечешься внешним, это верный признак того, что ты изменил заданному пути.
Шопенгауэр был убежден, что человек обладающий внутренней силой и внутренним достоинством, не нуждается в участии других - такой человек достоин того, чтобы становится самодостаточным целиком и целиком зависит от себя.
В жизни превосходство может быть приобретено лишь тем, что человек ни в каком отношении не будет нуждаться в др. И открыто станет это показывать.
Чем меньше уважаешь других, чем больше они уважают тебя.
Если среди нас есть человек действительно выдающихся достоинств, то не полагается говорить ему об этом словно это какое-то преступление.
Немного вежливости и дружелюбия способны сделать людей уступчивыми и услужливыми. Таким образом, вежливость для человека то же, что для воска тепло.
Мало столь верных способов привести людей в хорошее настроение, как если мы расскажем им о каком-нибудь недавно постигшем нас несчастье горе или так же если мы откровенно обнаружим перед ними какую-нибудь личную слабость.
Человек скорее создает реальность, чем ее ощущает.
Кант
Мы не можем видеть ничего кроме нашей собственной версии того, что происходит "вовне". Мы никоим образом не можем знать, что на самом деле находится там, то есть постичь сущность, лежащую за пределами наших ощущений.
Кант
От своего собственного тела мы получаем знания, которые мы не можем определить в понятиях и передавать другим, потому что оплавляемая части нашей внутренней жизни нам неизвестна. Она вытеснена из сознания и не допускается в него, потому что знания нашей глубинной природы (ненависть, страх, зависть, сексуальные желания, агрессия, корысть) причинило бы нам больше страданий, чем мы могли бы вынести.
Как же мы понимаем эти бессознательные силы?
Как можем передать их другим? Хотя они не могут быть осмысленны, мы можем из ощущать, передавать напрямую без слов, через искусство. Вот почему Шопенгауэр более других уделял внимание искусству - особенно музыке.
Если бы человеческий под переселить в ту благодатную страну, где в кисельных берегах текут медовые и молочные реки и где всякий тот час же, как пожелает, встретит свою суженую и без труда ею овладеет, то люди частью померли бы со скуки или перевешались бы, частью воевали бы друг с другом и резали и душили бы друг друга и причиняли бы гораздо больше страданий, чем теперь возлагает на них природа. Почему скука видится нам такой мучительной. Потому что, в состоянии скуки ничто не отвлекает нас от страшной непрекрытой правды жизни - от осознания собственного ничтожества, бессмысленности существования. Неумолимого приближения старости, а за ней смерти.
Что есть жизнь - желание, удовлетворение, скука, снова желание.
